Так исторически сложилось, что во Львове, с начала его основания, никогда не было приличного зверинца (или, выражаясь по современному - зоопарку) - обязательного атрибута признанных европейских центров. Во всяком случае, исторические документы по этому поводу не дают ни одной информации. Этот феномен тяжело объяснить. Возможно, нашему городу не повезло из ентузиястами, какие бы должны были желание вложить душу, тяжелый труд, и что главное, большие средства в дело, которое заранее было обречено на убыточность.
Однако, хотя Львов в период средневековья остался в стороне тогдашней моды европейской аристократии на основание зверинцев, она таки нашла пылких последователей на периферийных поприщах Галичины. Более того - владельцы некоторых галицких зверинцев со временем стали активными исследователями-натуралистами, написали большое количество научных трудов, чем сделали весомый вклад в развитие разных отраслей биологии.
Первый зверинец на территории Львовщины, согласно историческим данным, был заложен в околицах местечка Комарно, что в Городоцкому районе на грани XVI-XVII ст.ст. Яном Остроругом (1565-1622 гг.) - тогдашним владельцем Комарна и всей комарненщини. Он, как человек образован, оставил много записей, связанных с функционированием своего зверинца. Кое-что позже эти заметки были сведены в монографию «Zwierzyniec Komarzenski», в которой автор делится своим опытом разведения диких животных в неволе. Практические советы, что содержатся в этом труде, являются актуальными и полезными и для современного поколения зоологов.
В первую очередь автор отмечает, что разводит и удерживает зверей прежде всего для удовлетворения утилитарных потребностей гастрономов своей дворни и гостей и под этим углом ведет последующее изложение. Понятно, что тогдашний подход к созданию зверинца сейчас может вызывать возмущение не только у сторонников вегетарианства, «зеленых», борцов за права животных, но и у рядовых людей. Но имеем в виду, что речь идет о средних возрастах, когда моральные принципы были кое-что иншими. Следовательно, выходя из вышеупомянутых потребностей, подбирался соответствующий видовой состав животных, которые содержались в зверинце, - косули, серны, лани, олени (двух видов), лоси. Автор дает объяснение, почему нет зубров, туров и диких кабанов - они агрессивны относительно инших животных и могут быть опасными для людей. А дикие кабаны, кроме этого, очень портят травяной покров.
Общая площадь зверинца составляла 328 га и была разбита на отдельные вольеры окружностью 1 миля (приблизительно 1,6 км.). Одновременно в зверинце содержалось до 500 (!) животных. В одном вольеру животного находились 5 лет, потом их перегоняли в инший, а использованный - ремонтировали и оставляли пустым, чтобы в полной мере возобновилась трава и кустарники. Вольеры, которые устраивали на месте свежего выруба леса, оставляли незаселеними на протяжении нескольких лет - чтобы сформировался стойкий травяной покров.
Хоть Ян Остроруг пишет, что дикое зверье нуждается в намного меньшем фураже, чем домашняя, зимой ее усиленно подкармливали сеном, кормовой репой, овощами, овсом и специальными кормовыми вениками. Кроме того, все вольеры по периметру были обсажены плодными деревьями с таким расчетом, чтобы их спелые плоды падали внутрь и этим самым обеспечивали животным дополнительное питание. В конце зимы самцов оленей возрастом полтора года отлучали от стада, кастрировали и переводили на содержание в специяльних закрытых конюшнях для откорма на забой. Для возобновления поголовья в стаде оставляли наибольших самцов из расчета 1 шт. на 10 самок. Судя по тому, что, по словам автора, каждой весны животные давали приплод, для них были созданы благоприятные условия.
Комарненский зверинец был большим хозяйством, которое нуждалось в соответствующем досмотре и обслуживании. Располагался он в безлюдном месте, на значительном расстоянии от населенных пунктов, под лесом. Место было выбрано не случайно: во-первых, это давало возможность постоянно иметь «под рукой» материал для ремонта и строительства вольерив, во-вторых, чтобы (цитирую автора) «дворня свавольна и пьяная без надобности туда не ходила, и зверье не тревожила и не пугала».
Зверинец бдели сторожи, в обязанности которых входило присматривать зверел (периодически их перечислять), кормить, охранять от воров и хищников, в частности волков. Возле зверинца Ян Остроруг имел небольшой дом, где мог отдыхать от будничных забот, милуясь окружающей природой, гуляя между вольерами. Все сторожи зверинца жили неподалеку и подчинялись сторожевые барского дома. Ему же подчинялись и четыре «загородники», что жили на хуторе Грабино.
Впоследствии (очевидно, после смерти Яна Остроруга) зверинец начал приходить в упадок и в конце концов прекратил свое существование, а поселение сторожей зверинца переросло в село, название которого говорит само за себя, - Подзверинец.
Инший из известных зверинцев находился в городе Жовква Львовской области. Несмотря на то, что Жовква в средние возрасты была важным политическим и административным центром тогдашнего польского государства, жовкивский зверинец в исторических документах вспоминается очень скупо и то лишь в контексте тех или инших исторических событий. Основан он в 1688 г., когда владельцами Жовкви были Радзивили. Какая была его площадь, какие животные там содержались и в каком количестве - точно не известно. Об этом лишь опосредствованы данные. Ф. Прокопович - выдающийся религиозный и политический деятель, украинец по происхождению, советник и биограф российского императора Петра I, в своем фундаментальном историческом труде «История Петра Большого», описывая пребывание царя в Жовкви (1706-1707 гг.) так выражает свои впечатления от посещений этого зверинца (языком оригинала): «Немало живет здесь и плодится зверя утешного - лосей, еленей, ланей и прочих». Известно также, что на территории зверинца была оранжерея и зимний сад с тропическими растениями и экзотичными птицами, за которыми присматривал специально приглашенный из Италии специалист. Одна из городских врат города, через которую проходила дорога к зверинцу, с тех пор называется «звиринецкой». От жовкивского зверинца до сих пор частично сохранился лишь парк в южной части города.
И, без сомнения, самую громкую славу получил в свое время зверинец в с. Підгородці Сколивского района, основанный Константином-Станиславом Петруским (1811-1866 гг.). Он родился, жил и работал в Підгородцях, сделав это село известным в целой Европи. Семья Петруских владела имением на сколивщини, в состав которого, кроме Підгородців, входили Ямельниця, Сопит и Урич. Отец Константина Петруского построил в Підгородцях гуту, вапнярку и кирпичный завод, а также внедрил четыре ярмарки в год, чего не было даже в местечке Сколет. Им же был заложен небольшой зверинец в селе Ямельня, описание которого не сохранилось. То же не удивительно, что Константин еще сызмальства увлекся природоведением. Из 19-летнего возраста он начал переписку с самыми известными зоологами Европи, в частности с Альфредом Бремом, которая длилась до 1848 г. и насчитывала 3 тома по 600 страниц каждый. По завершении Болонского университета, Константин Петруский вместе с ботаником Александром Завадским представляли Галичину на европейскому съезде натуралистов в Вене (в 1832 г.). Именно после съезда в Петруского зародилась идея создать свой знаменитый зверинец в Підгородцях, который впоследствии стал наибольшим центром зоологических исследований во всей Австро-Венгрии.
Площадь зверинца составляла около 11 га, раскинулся он возле лесного урочища «Соколе». Здесь на протяжении 16 годов содержалось 500 животных и птиц разных видов, в частности редкие экзотичные попугаи из Африки и Амазонии, много из которых могли разговаривать. Современники вспоминают о паре журавлей, которые были настолько прирученими, что свободно гуляли по парку, а куницы и барсуки бегали за хозяином, как собаки. В зверинце Петруского впервые в неволе (в 1843 г.) размножились карпатские бурые медведи, а кое-что раньше - в 1838 г., дикие голуби-гривачи. Этот факт был зафиксирован Альфредом Бремом в одном из его трудов, поскольку размножения в неволе этих птиц не могли добиться лучшие зоологи Берлина и Парижа. Среди жителей зверинца вспоминаются также антилопы, бобры, серны, ежи, рыси, дикие коты, лисы (7 видов), волки, выдры, белки, суслики, дикие свиньи и даже кроти. Но наибольшей атракциею зверинца был 24-летний ворон, который разговаривал на смешном польско-украинском суржике. Он считал себя главным между инших птиц, давал им разные распоряжения, заказывал себе кофе, фамильярно звал хозяина по имени, а когда имел плохое настроение, то называл его занудой.
Пидгорецкий зверинец прекратил свое существование 6 января в 1848 г., в результате провокации (скорее всего, сознательной) управителя имения, которое принуждало местных крестьян перед Сочельником и на православное Рождество чистить клетки и вольеры в зверинце. Возник стихийный бунт. Возмущенные таким унижением и неуважением, люди подожгли зверинец и некоторые инши здания, которые принадлежали Петрускому. Из всего зверья спасти удалось лишь пару голубив-гривачив. Уцелела также часть научной библиотеки из 800 книг, коллекция энтомолога из 6 тыс. насекомых, а также несколько чучел карпатских медведей (все это стало собственностью варшавского Оссолинеуму).
Петруский был в отчаянии, он даже хотел продать имение и еміґрувати в Бразилию, однако нашел в себе силы и на протяжении десяти следующих лет писал научные труды за результатами многолетних исследований. Самая выдающаяся из них - «Historia naturalna zwierzat ssacyh dzikih galicyjskih», написанная в 1852 г., в которой содержится детальное описание свыше 60-ти видов животных Восточных Карпат. С 50-х годов XIX ст. новым увлечением ученого стало садоводство и разведение разных пород кур. Он также изучает географические условия Сколивщини, интересуется этнографией и народоведением, ведет метеорологические наблюдения. Но это уже инша тема.
Константин-Станислав Петруский был удостоен множеству почетных званий. Вот перечень лишь некоторых из них: член Академии естествоиспытателей в Йени, Научного общества в Кракове, общества Естествоведа «Лотос» в Праге, Общества изучения природы в Альтенбурзи, Общества естественных наук в Швейцарии, Общества садовников в Баварии, Цисарской академии естествоиспытателей.
Как ни странно, но ни при жизни, ни после смерти Константин Петруский не снискал надлежащего признания ни в Польше, ни в Украине. Его имя долгое время замалчивалось в обеих странах. Польская научная элита не могла ему простить либерализма и благосклонного отношения к «русинам», а в Украине к нему относились с подозрением через «благородное» происхождение. В конечном итоге, пребывание на марґінесі - судьба многих неординарных личностей.
ч
и
с
л
о
36*
2004
Інші статті
уничтожение кротов
0 Відгуків на “Галицкие натуралисты”
Залишити відгук