Или не самая известная надпись во Львове мы бачимонад порталом прежнего Доминиканского костела, а тепергреко-католической церкви Пресвятой Евхаристии. Ченци-доминикани прибулидо Львова еще во времена князя Льва, который, приглашая их, хотел догодитисвоий жене, венгерской принцессе Констанции, которая была католичкой.Вновь прибывшие монахи обустроились на месте прежнего князивскогопалацу. Доминикани переводится латынью еще как Domini cannes (доминиканнес), то есть Господние псы. Их символ на фасаде храма — пес зисмолоскипом в зубах, который лежит на Святой Библии и охраняет ее. Иснуетакож легенда, что матери Доминика Гусмана, основателя ордену, круги вонабула беременная, появился ангел Господний и известил: “Ты народишсмолоскип, который сожжет врагов святой веры”.
В середине XVIII века на месте своего прежнего готического храмудоминикани построили прекрасный бароковий ансамбль с величественной надписью:”Soli Deo honor et gloria” — “Лишь Богови честь и слава”.
Если хорошо поприсмотримся, то достаточно много интересных надписей найдем и настинах Латинской Катедри. Надписи и образ Девы Марии на стиникатедрального костелу со стороны улицы Галицкой рассказывает нам протрагічну и трогательную историю, которая произошла во Львове сверх четиристолиття потому. в 1598 году умерла от неизлечимой болезни 9-річнаКатруся, дочка мещанина Войцеха Домагалича. Дедушка девочки, видомийльвивский геометр Юзеф Вольфович, убитий горем, нарисовал и встановивна стене костела обид Матери Божьей Ласковой. Впоследствии здесь збудуваликаплицю с этим образом, часть которой далеко выступала на середину вулицигалицкой. С годами каплица приобрела исключительное значение для верующих.Тогдашний львовский хронист писал: “Было то для старого Львова мисцесвятише святого. Заполненная молитвами и пением, денно и нощно освещенная, окруженная стоячими на коленях людьми, была эта каплица будто сердцем Львова, потехой в его печалях и охраной в несчастьях”. Было большой честюпомолитися в этой каплице перед образом даже для польских королей. Напоследок XVIII век австрийская власть ликвидировала кладбище навколокатедри и приказала разобрать каплицу. Чудотворный образ Матери Божоиласкавой был перенесен к катедри, а на внешней стене залишивсянапис в память о маленькой Катрусю и ее дедушке, который увековечил себя, нарисовав чудотворный образ.
Многие, наверно, проходя мимо катедру, заметил ядра, якивисять на ее стенах. Это память о самой грозной турецкой осаде Львова1672 года. Султан Мехмет Четвертый, захватив все Подолье, доручивКапудан-паше и его союзнику гетману Петре Дорошенку взять Львов.Наибольшее количество войск за всю его историю — 230 тысяч — оточиламисто. Регулярные польские войска — драгуны, которые по приказу короляприбули для обороны, быстро убежали подальше от опасности, не веря уможливисть противостоять такой огромной военной потуге. Практичноуси знатные и богатые граждане оставили город, но бургомистр Львова, Бартоломей Зиморович, привел к присяге остальных мещан и они поклялись, что в любом случае не оставят города и будут стоять до конца. Их булотрохи больше одной тысячи. И произошло чудо — имея преимущество в 230разів, врагу все же не удалось ворваться к городу. Капудан-пашапогодився на выкуп в 80 тысяч талеров, из которых город мог оплатить лише5 тысяч. К моменту полной выплаты турки взяли десять заложников, среди которых были и два украинца. Весь город со слезами благодарности проводжалоих в неволю. К заложникам по собственному желанию пристал мещанин Якивнирка. Целые семь лет находились они в турецкой неволе, аж покимисто не выплатило все деньги, но вернулись домой живыми не все.
Наибольшее ядро, которое висит со стороны Площади Катедральной напоминает нампро эти события и имеет надпись: “Ex obsidione turcica”, то есть “Из турецкоиоблоги, году Божьего 1672, дня 28 марта”.
А старинная, красиво украшенная надпись латынью, рассказывает историюменшого ядра, которое висит со стороны каплицы Боимив: “Во время осады Львоватурками года Божьего 1672 дня 29 сентября это 38-фунтовое ядро, вистриленез пушки, перелетело через восточное окно, упало к середине костела великоватым алтарем и задержалось без всякого вреда под распятием впресвитерии, когда, собственно, в ночь на Святого Михаила бурлила страшнабуря с громами и молниями”.
Артилерийний снаряд на фоне темно-червоной австрийского кирпича, вмурованный в стену Катедри, напоминает об украинско-польской війну1918-1919 лет, а надпись тоже латынью говорит: “Ex obsidioneruthenorum” — “Из украинской осады 5 марта 1919 года”.
Такие же достопримечательности можно увидеть на стенах Преображенской церкви(здесь стоит дата 5 января 1919 года) и церкви Ольги и Елизаветы напривокзальний (6 и 9 марта 1919 года). Все эти храмы пострадали видобстрилив во время почти пятимесячной осады Львова, какую здийснювалиукраинци после того, как оставили город.
Единственная достопримечательность, собственно, со времен Ноябрьского Чина 1918 года –ядро на цепях без всякой надписи висит на южной башне костелумарии-магдалени на улице Степана Бандери. Это память об обстрилукраинцями 21 ноября из Цитадели польского отряда, какой зайнявпозицию на башне костела Марии-магдалени. Именно тот обстрел зруйнуваввежу.
Обычай украшать жилье крылатыми выражениями и ризноманитнимисентенциями философского содержания существует во Львове с древних времен.Камъяниця 28 на площади Рынок известная тем, что здесь провел свою последнюю ничперед казнью молдавский правитель Иван Пидкова. А из XVI века цейбудинок по большей части принадлежал аптекарям и врачам. Здесь мы над обидвомапорталами и над всеми окнами видим латинские надписи, которые поражают нассередневичной мудростью, которая не потеряла своего значения и сегодня. Сверхокнами третьего этажа слева видим надпись Probus invide nemini(”Мудрый не завидует никому”), Domat omnia virtus (”Добродетель перемагаевсе”) и Virtus praem v. honor (”Почет — награда добродетели”). Ниже –”Де благодать, там и Бог”, “Где избытки, там грех” и “Где богатство, тамприятели”. Слева от портала очень характерный для эпохи Ренесансувислив: “Никогда полезное не проходит с прекрасным” и наконец сверхглавным порталом: Deus meus et omnia — “Бог мой и все”. Если миспробуемо серьезно порозмирковувати над этими сентенциями, то, возможно, хоть немного приблизимся к человеку эпохи Ренессанса — умной, спокойной, гармоничной и жизнерадостной.
Известен дом “Времен года” на улице Армянской, 23 бувдекорований во второй половине XIX века рельефами чудовогоукраинского мастера Гавриила Красуцкого. Здесь мы видим рельефы, якиалегорично изображают четыре времена года и римского бога Сатурна, из якимповъязани представления о “золотом возрасте”. Это аллегория весны и надпись: “Небарися и ниву жирную пусть переорюють сильные волы”. Лето с надписью: “В спекутреба срубать хлеба золотии”. Это осень, которая, как написано, “барвистидаруе плоды” и наконец зиму характеризуют слова: “В холода землеробиживуть урожаем и весело пируют между собой”. А это уже точно пронас, особенно о месяце январь. Все цитаты взяты в давнеримскогопоета Вергилия.
Очень оригинальную надпись мы можем увидеть на фасаде Техничноибиблиотеки университета “Львовская Политехника”. Hic mortui vivunt etmuti loquuntur — “Здесь мертвые живут, а немые говорят”.
А главный корпус Политеху говорит к нам девизом Litteris et artibus — “Науками и искусствами”.
На так называемом “доме медиков”, что на улице Конопницкой, 3 мижвикнами второго и третьего этажей читаем: “Жизнь короткое” (к сожалению),”Мистецтво вечное, или наука длинная” (и то, и другое мало утешает, колижиття короткое), “Случай скоропреходящ” (да… и радость, и горе швидкоминають) и, наконец, “Утверждение затруднено” ( здесь уже ничего незаперечиш). Все эти высказывания принадлежат выдающемуся античному медиковигиппократу.
А владелец дома на Парковой, 14 пожелал мать у себя дужеоригинальну латинскую сентенцию “Неприятелю, обходи мой дом” (интересно, должны ли были обходить его дом неприятели, которые не знали латыни?)
В отличие от жителя из Парковой, во многих львовских будинкахми наталкиваемся на приветливое лаконичное Salve — “Приветствую”, как, например, на полу врат камъяниць на улице Новый Мир. Интересно, что в часикозаччини из этого латинского приветствия сделали кальку и обозначили такстрильбу из пушек “сальвами” (залпами).
В новейшие времена (наверно, чтоб казаться более умными) спробоюповернутися до давней традиции есть латинская надпись на фасаде новогокорпусу Ветеринарной Академии — “Животные, составьте почет людям”. При щотварини должны благодарить людей — не известно, разве что за опыты надними, но что написано, то написано.